MistLand.ru

Архив рубрики «Кишинев»

Легенда об основании Молдавского княжества — предание из молдавско-польской хроники о том, что «по воле Бога воевода Драгош пришёл из Венгрии, из места Марамуреш возле реки Марамуреш, охотясь на зубра, которого он убил возле реки Молдова. Он отпраздновал это вместе со своими боярами, страна понравилась ему и он остался, и населил страну своими молдаванами из Венгрии, и был их князем в течение двух лет».
Эту легенду можно найти в книге Дмитрия Кантемира «Описание Молдовы», написанной в начале восемнадцатого века на латыни: «…Драгош, сын князя Богдана, решил перейти горы в восточном направлении с тремястами охотников. Во время этого пути он случайно напал на след дикого быка, которого молдаване называли зимбру. Преследуя его, охотники спустились к подножию гор. Любимая собака Драгоша по кличке Молда неотступно преследовала зверя, который бросился в реку и там был пронзен стрелами охотников. Собака бросилась за убегающим зубром в бурлящую реку, и быстрое течение поглотило ее. В память об этом событии Драгош назвал эту первую на его пути по сю сторону гор речку Молдовой… и пожелал, чтобы на гербе нового княжества была изображена голова дикого быка — зубра»[1].
Более полная версия дана анонимным летописцем. Согласно этой версии однажды Драгош со своими спутниками отправился на охоту на диких зверей. В высоких горах он напал на след зубра и, преследуя его, пересёк горы и вышел к прекрасной равнине. Он настиг и убил зубра возле реки под ивой, там же он устроил пир.
Драгош со спутниками по воле Бога решили поселиться в этой стране. Они вернулись и рассказали своим товарищам о прекрасной стране с реками и источниками. Те тоже решили пойти в эту страну и выбрать себе землю, так как она не была населена, и на границе татарские кочевники пасли свои стада. Они попросили венгерского князя Владислава отпустить их, и тот с большим сожалением позволил им переселиться.
И они пошли из Марамуреша вместе с товарищами, их жёнами и детьми, через горы и леса к месту, где Драгош убил зубра, и поселились там, так как им понравилось та местность. Они выбрали Драгоша князем и воеводой, как самого мудрого. Так по воле Божьей была основана Молдавия.
И воевода Драгош первым поселился на реке Молдова, и заселил Байю и другие земли, и постановил, чтобы княжеским гербом для все страны была голова зубра. Правил он в течение двух лет.
Эта же версия была изложена более поздними молдавскими летописцами, включая Григоре Уреке, который добавил к ней несколько важных деталей: «Трансильванские пастухи путешествовали по горам со своими стадами и вышли на зверя, называемого bour (зубр). Начав охоту на него в горах вместе со своими собаками они вышли к реке Молдова. Там зверь устал, и они убили его у места, которое сейчас называется Boureni (Боурень). Они основали деревню и на герб страны поместили голову зубра. Собака, которая преследовала зверя, умерла, а так как её звали Молда, они назвали реку Молда, или Молдова, и всю страну тоже назвали по имени реки Молдовой»[2].
Версия, записанная Григоре Уреке даёт более правдоподобное объяснение основания Молдавии, почти полностью избегая элементов легенды. Вероятнее всего, произошёл процесс демифологизации легенды, в ходе которого охотники были заменены на пастухов. Уреке также использует «этимологическое доказательство» (название реки произошло от имени собаки, а название деревни от зубра), что может свидетельствовать о попытке рационализировать легенду, чтобы она звучала более натурально[3].
В примечании Семиона Даскала к повествованию молдавского летописца Григория Уреке говорится о том, что пастухи из Марамуреша во время охоты на тура оказались в долине реки Молдовы, где нашли пасеку русина Ецко, который сообщил им, что «места пустынные… здесь властвуют лишь звери и птицы… и простираются вниз до Дуная, а вверх до Днестра, где граничат со страной ляхов… Поняв эти слова, охотники поспешили в Марамуреш, откуда вывели своих людей в эту страну и других побудили, обосновались вначале у гор и распространились по Молдове вниз. А Ецко-пасечник, как узнал о поселении марамурешцев, сразу же ушел и он в страну ляхов, привёл множество русов и поселил их по Сучаве вверх и по Сирету к Ботошанам». И далее: «Среди пастухов, попавших в эти места, был Драгош, пришедший из Марамуреша, наиболее уважаемый из них. И они поставили его старшим среди них».

Прислал tar2.

Кишинев достигли возраста 530 лет. Кто видит его первый, но удивило его красоту и молодость. У многих веков прошло с его caldarâmurile? Кишинев стал свидетелем многих разрушительных нашествий и пожаров, но каждый раз, поднялся торжеством из пепла, возродится вновь. Я предлагаю вам сделать мнимую поездку в прошлом. Молдова смотрел, как наши 500 лет назад? Была только констатировать, что осмелился противостоять вторжения, как сильна, как в Османской империи. Кишинэу, расположенный на юго-востоке страны, вдали от крупных городов Яссы, Сучава, Сорока была не слишком большое дело всего лишь несколько ящиков, разбросанных по берегам реки Бык . За прошедшие годы выросли и преобразован в город с девятнадцатого века, ее население значительно возросло, Кишинев становится промышленным и торговым центром. В 1817 году первые улицы были запланированы – Золотая, Cauşanskaia, Moskovskaia (ныне бульвар Штефан чел Маре), а также впервые появились фонари. Город быстро вырос в 1897 году население достигло 108 500 человек. Стал один из крупнейших городов царской России. На века. XX Кишиневе было 12 площадей, 5 парков и скверов, улиц и 142 улиц, 8410 домов. Первым главным архитектором города в годы 1856-1878, Александр Бернардацци. Дома разработанного им до сих пор сохранились сегодня. Один из них, что город в настоящее время. За 26 лет город был впереди Карл Шмидт, который многое сделал, чтобы дать европейским видом Кишинев – асфальтированные дороги, водоснабжение, трамвай. Он поддерживает в области культуры и образования. Гимназии были открыты для девочек и мальчиков, живопись школы, торговые школы »

Город стал многонациональным, здесь жили Молдовы, украинском, армянском, иврите, русском, цыган, болгар, которая нашла отражение в название улицы: армянский, болгарский, Киев. Downtown впечатлить любого путешественника и гостей с зелеными парками, величественные здания, широкие улицы. Один из старейших общественных парков сад Молдовы Штефан чел Маре «, который до сих пор вызывает его falnicele несколько крон деревьев с возрастом 100 лет. В 1885 году горожане собрались с помощью русский писатель Александр памятник был воздвигнут Пушкина. В 1927 году входа в парк, памятник был возведен армии великого правителя и лидера Стивена. Автор памятника известный скульптор Александр Плэмэдялэ. Главной магистрали города, текущий пр. Stephen началось строительство снова в 1817 году. Многие красивые здания по бульвару, к сожалению, были уничтожены во время Второй мировой войны.

Межвоенный социальной и культурной жизни Ioraşului была напряженной. Киш-Нол посетили известные композиторы, такие как Сергей Рахманинов, Джордже Энеску, известные певцы – Александр Вертинский Петр Leşcenko. Турнир неоднократно драматического театра в Яссах в Молдове и начал свою карьеру как художники, и Мария Лидия Balici Чиботарь. Лидия Balici и получил образование в Милане, а затем стал одним из primadonele Бухаресте оперы. Чиботари Мария, дочь рабочего, стала оперной певицей в Берлине, а затем победа в самых престижных европейских сценах. Кишиневе сегодня насчитывает более 700000 жителей. За последние 20 лет увеличились в столице Молдовы в высоту. В середине 70 зданий здесь началось строительство в сентябре, 12,16 и даже 20 этажей. «Город Камень мои белые плечи» – так сказал поэт Георге Водэ, мун. Мы хотим, чтобы наш город процветает, пользуясь нашего времени.

Прислала marinka90.

Хорошо известно, что правом увековечить свое имя на картах и глобусах обладают не столь люди отважные, первооткрыватели, первопроходцы, сколько авантюристы и наглецы. Яркий и хрестоматийный пример тому – материк, названный по имени нахала Америго Веспуччи, а не его истинного открывателя, Христофора Колумба. В то же время, назови испанцы эту часть света Христофорией или Колумбией, оказались бы попраны честь и доброе имя Эрика Рыжего, доплывшего когда-то до самой Гренландии, а потом и Нью-Фауленда. Наконец, называй мы сегодня Америку Эйриколандией, кто знает, не было бы это оскорблением безвестным финикийцам, которые, может, доплыли до Нового Света, сами того не желая. Ведь в их времена открытия принадлежали скорее ветру и капризной морской погоде, чем морякам. В любом случае, все они, – генуэзец Колумб, викинг Эрик, и Безвестный Финикиец, – выстроились на вторых, третьих, и так далее, ступенях почета, обиженно глядя на авантюриста Веспуччи.

-Это еще ничего, – утешает он их, – потому что, в случае моей гибели, отряд возглавил бы некий идальго, скрывавшийся в Новом Свете от властей, и потому не называвший никому своего подлинного имени. Солдаты прозвали его Полгаллона, как признание способности этого достойного мужа выпивать полгаллона крепкого вина в седле, не спешиваясь. Представляете, как бы пришлось назвать Америку, не выживи я в сельве?

Ну, не нахал ли?! Хотя довод – вполне разумный. Согласитесь, что страна с названием Полгаллония вряд ли могла бы претендовать на мировое господство и роль мирового жандарма.

Подобная же история произошла и с Молдавией – землей, в 1242 году открытой воеводой из польских земель, Богданом по прозвищу Марамуреш

По древнемолдавской легенде, воевода, охотившийся за зубром, во лбу которого сияла звезда чистого золота, так увлекся преследованием зверя, что за несколько недель со своей охотничьей экспедицией добрался от Польши до Молдавии.

Судя по всему, это легенда в чистом виде, без примеси исторической правды. Слишком уж похожа миссия зубра со звездой во лбу, на миссию легендарных оленей с хрустальными крестами в рогах, – если помните, эти милые животные заманивали в чащу королей Франции. Потом, как правило, короли падали с коней без чувств, их находили верные слуги, королей отвозили в замки, где они и умирали просветленными, вспоминая хрустальные кресты на оленьих головах.

Более того, из архивных источников мы узнаем, что первым легенду о воеводе Богдане и его зубре общественности предложил православный монах Аквитаний. В 1454 году он пишет об этом в своей «Древней и новейшей истории валашского народа и земли валашской». Все бы ничего, но Аквитаний, по его признанию, выходец из Франции, случайно познавший «веру православную» и бежавший от преследования властей на Восток. Увы, признания этого достойного монаха стоят сумму еще меньшую, чем та, в которую оценили по его смерти кредиторы потрепанную рясу Аквитания. Точнее , – ничего.

На самом деле Аквитаний ограбил церковь святого Лазаря близ Сорбонны, за что и подвергся преследованию властей. Благодаря заступничеству высоких покровителей, он не был повешен. Его просто изгнали из Парижа. Имя его в миру – Франсуа Вийон. У себя на родине он прославился страстью к выпивке, кражам, девицам, кражам выпивки и девиц, и к сочинительству памфлетов и баллад.

Сейчас, согласно официальной истории литературы, мы говорим о Франсуа Вийоне, как о первом поэте эпохи Возрождения.

Согласно официальным источникам, после изгнания из Парижа Франсуа скитался по стране, пока не погиб в одной из, как теперь говорят, «бандитских разборок». Мы спешим сообщить французской полиции, что она может закрыть дело 500-летней давности – как нам известно, Франсуа Вийон не был убит, а, скитаясь, добрался до Молдавии, где выдавая себя за православного, осел в одном из молдавских монастырей. Каприяны. Именно здесь похоронен первый поэт эпохи Возрождения, под именем Аквитания давший Молдавии первую, и главную версию ее зарождения.

Но мы-то знаем, что вся эта история от начала, – звучного труба рога, зовущего двор на охоту, – до конца, – чудной зеленой долины под ногами испуганных коней, – является доброй шуткой французского балагура, выпивохи и весельчака.

Вопрос происхождения Молдавии остается открытым.

Сравнительно недавно некоторые ученые Молдавии из Славянского университета пытались доказать, что Богдан Марамуреш есть не кто иной, как знаменитый Илья Муромец.

Они делали этот вывод из сходства звучания «Муромца» с «Марамурешем». Но и эта версия представляется нам довольно неубедительной, хотя бы потому, что былинный богатырь умер значительно раньше открытия Молдавии. К тому же, как и всякий житель среднерусских равнин, Илья не переносил вина, вызывавшего у него повышенную кислотность. В Молдавии же вино издавна пьют вместо воды. Правда, высокое качество этого местного напитка преувеличено местными рассказчиками. Еще Овидий, сосланный в Молдавию римским императором, жаловался на здешние холода и кислое вино.

Наконец, третья, и наиболее правдивая гипотеза происхождения и открытия Молдавии основана на данных так называемой «Буджакской летописи». Этот свиток, представляющий собой несколько тонких листов пергамента, завернутых в сумку из телячьей кожи, обнаружили в 1973 году работники колхоза «Путь Ильича» в буджакской степи на юге Молдавии. Расшифровать его для ученых не представляло никакой сложности, поскольку текст оказался написан на хорошо изученном сейчас древнемолдавском языке. Он гласил:

«Когда Солнце последний раз окинуло взором нашу землю, и зашло за ту линию, что мирит небо с сушей (горизонт – прим. переводчика) в далекой и цветущей земле (до сих пор не выяснено, о какой земле идет речь – прим. переводчика) проснулся на ложе сын князя Молд.

Волосы его намокли, реки текли по лбу его, и боль сковала тело княжеского сына. Утро в глазах его синело, день краснел, а вечер желтел, и лишь ночью вздыхал он спокойно».

Тут мы вынуждены прервать летопись, чтобы дать предположительное объяснение странному недугу Молда. Как объясняют врачи, судя по симптомам, у него наблюдался классический случай лихорадки. В те времена, даже если болезнь эта не загоняла несчастного в гроб, то постепенно изматывала, – излечиться от нее окончательно не позволял уровень развития древней молдавской фармацевтики. Далее в летописи, после описания других симптомов болезни, говорится:

«И небо разверзло уста пред Молдом, и сказало ему – ступай в далекую землю, где земля не влажна, но приятна, где солнце прожаривает гнилую плоть до костей и исцеляет ее, ступай далеко на восток и, исцелившись, возвращайся оттуда с куском этой прохладной, благословенной земли.

-Но сил разве хватит мне? – возопил сын князя.

-Нет. Но ты придти туда и без сил, – отвечало небо.

На утро, все еще страдая… Молд был в пути. И было лето 1234 от Рождества Христова».

Как видите, если теория о том, что Молдавию все-таки открыл Богдан Марамуреш, а не Молд, верна, то мы вновь сталкиваемся с ситуацией, когда земля названа именем не того, кто ее открыл, а того, кто додумался назвать ее.

Ситуация не нова.

Известную долю новизны вносит в нее лишь то, что ни в 1242 году (открытие страны Богданом) ни в 1234 году (открытие страны Молдом) Молдавии не существовало. Речь идет не об отсутствии государства или отсутствия аппарата управлением территорией.

Молдавии не существовало вообще.

И это говорят нам не пьяные монахи из монастыря Каприяны, и не конъюнктурщики-летописцы (по сути, древние молдавские журналисты), а серьезные ученые, которые смело опираются на данные радиоуглеродного анализа. Это вам не то, что на бредни и фантазии составителей средневековых летописей. Совсем не то. А данные радиоуглеродного анализа свидетельствуют: земля Молдавии появилась в 14 веке. До сих пор здесь ничего не было.
Даже моря.

Прислал serij8383.